Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

НЕ СТИРАЕТСЯ В ПАМЯТИ ЗАТИРУХА

ЭТО ПОКОЛЕНИЕ НАЗЫВАЮТ ДЕТЬМИ ВОЙНЫ

Есть в биографии Галины Николаевны Граблюк интересный факт. Когда пришла она в пашийскую школу учителем начальных классов, среди ее учеников оказалась ее младшая сестра. Но до этого события за плечами юной учительницы была целая жизнь. Жизнь, разделенная на две части — до и после войны.


Когда началась война, Галина только окончила первый класс. Отец в первый месяц ушел на фронт, оставив дома семью, в которой кроме старшей Галины было еще четверо детей — две сестры шести и четырех лет да двое братьев-близнецов восьми месяцев от роду.

Помню 22 июня, — рассказывает Галина Николаевна. — Яркий солнечный воскресный день. Пора сенокоса еще не наступила, а в огородах все дела переделаны. Люди отдыхают. Мужчины в нательных рубахах покуривают на крылечках. Их окон пахнет пирогами и шаньгами. Мы, детвора, как одурелые носимся по улицам. И вдруг откуда-то весть приползла: мол, война началась. Потом кто-то добавил: мол, с немцами. Почтальон наша, как самая осведомленная, возражать начала: мол, не должны мы с немцами воевать — у нас с ними пакт о ненападении заключен…


Так началась для всего нашего народа эта страшная война.
Как самая старшая из детей, Галина стала первой помощницей матери. Нянчилась с младшими братьями и сестрами, трудилась в огороде, заготавливала дрова и сено на поскосе, что находился в десяти километрах от дома. И если сено хоть частично удавалось вывезти на лошадях, то дрова вывозили сами на санках.
Это надо представить: зима, сугробы, по которым она, девятилетняя девчушка, вдвоем с мамой волокут санки с копной сена или огромной вязанкой дров. Руки стынут. Одно спасение — у мамы на груди под фуфайкой. И опять слезы, когда руки отходить, отогреваться начинают…

Жилось холодно и голодно, — вспоминает Галина Николаевна. — Сколько крапивы да лебеды, пиканов да пистиков, кислицы да щавеля было съедено!
По весне, когда картошка посажена и на еду ее оставалось совсем немного, мама готовила затируху. Тщательно мылась чашка картофеля, терлась на терке. В большом чугунке кипятилась вода. В этот кипяток вываливали картошку, солили, добавляли стакан молока. Когда суп был готов, все с удовольствием ели горячее варево.

-Спасала в те годы корова. В каждом дворе была такая кормилица. — рассказывает Галина Николаевна. — В нашем околотке, помню, только у двух семей коровы не было — у Ждановых да Ивачевых. Бабы с малыми ребятишками летом сено заготавливали для своих кормилиц. Каких это усилий стоило и не расскажешь…


С благодарностью стране вспоминает Галина Николаевна школьные обеды. Сначала давали булочки из серой муки — их Галина уносила домой, чтобы размочив в молоке, накормить младших братьев. Потом сталы выдавать по кусочку обычного хлеба, посыпанного чайной ложечкой сахарного песка.
Много страшных моментов запечатлелось в памяти Галины Николаевны. Иногда в радиоэфире сквозь голос Левитана четко слышалась речь немцев, стоявших под Москвой.

Я помню морозный день, когда во втором классе наша учительница Капиталина Михайловна Керкина читала нам статью из «Комсомольской правды» о Зое Космодемьянской, — рассказывает Галина Николаевна. — Из окна, возле которого я сидела, страшно дуло. Я куталась в шаль и дрожала всем телом. Наверное, не столько от холода, сколько от слов газетной статьи, описывавшей зверства фашистов. Казалось, что все мучения Зои происходили перед моими глазами…


Война приходила в глубокий тыл такими вот отголосками, известиями, сводками Совинформбюро. Но случилось так, что десятилетняя Галина побывала в те годы на самой настоящей передовой. Отец ее, Николай Ильич, мобилизованный в первый месяц войны, попал на Дальний Восток. С первых дней там была самая настоящая передовая — ждали удара японцев.

Отец рассказывал, что наши бойцы чуть ли не сутками лежали в окопах с оружием в руках, готовые к встрече с врагом, — вспоминает Галина Николаевна. — Только на ночь разрешалось расстегнуть две верхние пуговицы гимнастерки — расслабиться немного.


Потом отца перевели в Монголию, где он встретился со своим братом Анатолием, кадровым военным. Вот тогда-то Галина и увиделась с отцом, приехав в город Улан-Цириик вместе с теткой — женой дяди Анатолия. Там-то и увидела своими глазами многокилометровые укрепления, окопы, ходы сообщения.


Перед нападением японцев семьи военных эвакуировали в тыл. Галина Вернулась домой. А ее отец и дядя приняли участие в военных действиях на Дальнем Востоке. Оба вернулись домой с боевыми наградами.
Не вернулся только младший брат Галиного отца, Сергей. Любимец всей родни — красивый, статный, дружелюбный. Был он артиллеристом и погиб под Ленинградом. Галина Николаевна вспоминает, как носил ее дядя Сережа на плечах на покос за десять километров…
Война для семьи Галины Николаевны Граблюк — не пустой звук. Мужчины сражались на поле боя, а женщины и дети одолевали тяготы в тылу. И каждый, несмотря на трудности, верил в общую победу. И память о той жизни никак не сотрется…


Алексей ЯКИМОВ
Фото автора

Комментарии отключены.

Mission News Theme от Compete Themes.
Click to listen highlighted text!